БЕСЕДЫ У ПОГАСШЕГО КАМИНА
(современная пьеса, действие первое)
Они не виделись 20 лет. Многое за это время изменилось. Рухнули одни надежды, им на смену пришли другие. А может, их и вовсе не осталось. Электрокамин был погашен. За окном по городам и весям шатался Кризис. Кажется, шаталось все…
Действие второе
Аналитик: Доброе утро! Как спалось?
Журналист: Неплохо, потому что снились мне не чикагские мальчики, а чикагские девочки. И во сне я, переиначивая горьковского Самгина, вопрошал: – А были ли мальчики?
Аналитик: Были, были. И будут, никуда они не денутся.
Журналист: А нам-то куда с ними деваться?
Аналитик: Для начала хорошо бы уяснить для самих себя – кто мы. А потом уже выяснять, куда нам «деваться» и есть ли для нас вообще место в мире «чикагских гангстеров».
Журналист: Пресловутая проблема идентичности. У нас в Украине она до сих пор не решена.
Аналитик: Разрушение архетипов и традиционной идентичности – одно из обязательных условий доминирования экономической рациональности, взращивания «homo economicus». Культивирование алчности, ничем не сдерживаемого потребления, всех этих прелестей капитализма – это важнейший фактор глобального распространения «чикагской идеологии». Как говорил Андерс Ослунд, экономический визирь и Ельцина, и Кучмы, шоковая терапия обязательно сработает и «поразительные стимулы и искушения капитализма преодолеют практически все». Главное не в том, украинец ты или русский, казах или белорус, главное, что в твоем сознании, а лучше подсознании, живёт дух Чикаго, а не традиции твоих отцов. Святое – только прибыль. Идеал – человек, делающий деньги, причем, любыми способами, вне каких-либо рамок или ограничений.
Журналист: (с усмешкой) Все по Оруэллу: «Прошлое стерто, стирание забыто, ложь стала правдой». Скоро наша молодежь в графе «гражданство» будет торопливо писать «экономист», а, скорее всего, «безработный экономист».
Аналитик: Массовое производство экономистов – это тоже порождение «чикагской школы». Они были призваны просвещать «темные массы» не экономистов. Это было тяжелым ударом, который «чикагский» бизнес нанёс образованию не только у нас, но повсеместно. В тех же США подготовка математиков была сокращена в три раза, главным предметом изучения стал бизнес.
Журналист: И вдруг оказалось, что преподавали экономическую схоластику. Но вернёмся к проблеме идентичности. С одной стороны – да, её стирание и стимулирование экономического космополитизма, с другой стороны, разве у нас в Украине мы не наблюдали спонсирование Западом украинского самосознания в пику северному соседу?
Аналитик: Рискну сказать, что такое «спонсирование» порождает теплично-вялую идентичность, культивирование экзотической антироссийской флоры на нашей почве – это уже непозволительная роскошь в условиях кризиса, который резко поменял общий климат планеты. Да, ещё есть инерция решений принятых чикагскими «агрономами», но в умах аналитиков Запада зреют новые идеи. И вот Николай Н. Петро, профессор политологии университета Род-Айленд (США), бывший при Буше-старшем специальным помощником Госдепа по разработке стратегии отношений с СССР, пишет следующее: «Был выбран неправильный вариант государствостроения; в его основе лежала идея, что вековая религиозная и культурная близость Украины с Россией – это помеха, которую нужно устранить. В результате началась тлеющая культурно-гражданская война».
Журналист: Ну, не думаю, что профессор Петро авторитет для сегодняшнего Госдепа. Меня волнует другое – когда элиты России и наша элита поймут, что конфронтация непродуктивна, а в условиях кризиса взаимно губительна? Народ-то это ощущает уже не только душой, но и шкурой.
Аналитик: (воодушевившись) Народ шкурой ощущает экономический кризис, а душой понимает, что кризис этот гораздо глубже – он тотальный, цивилизационный. Пересмотру подлежат едва ли не все социо-культурные основания, если хочешь, сам смысл жизни и предназначение человека! И это ощущаем не только мы, но те же англо-саксы, латиноамериканцы, французы… Президент Саркози уже призывает пересмотреть духовные и этические основы капиталистического общества.
Журналист: Да, никогда ещё с такой интенсивностью и в разных форматах не встречались лидеры ведущих мировых держав. Но в этом чувствуется и ответственность, и нервозность, и поиск быстрых решений.
Аналитик: Быстрые решения невозможны. Выработка новой цивилизационной платформы займет время. Но нужно спешить – иначе начнётся неконтролируемая дефрагментация мира.
Журналист: Она может начаться и с Украины, если мы сами для себя не решим, с кем нам суждено выходить из кризиса – с Россией или с Европой. Или такой дилеммы не существует?
Аналитик: (со вздохом) Это ложная формула.
Журналист: (разливает чай и сам начинает кипятиться) А что не ложно?
Аналитик: Кризис. Он открывает новые возможности. Даёт шанс вырваться из написанного для нас сценария, начать писать свой – и не для отдельных олигархов, а для народа, частью которого и являются наши олигархи, даёт шанс перестать быть недоцивилизационными в глазах Запада, даёт шанс перестать играть, так сказать, на понижение – другими словами, усилиться соразвитием с Россией. Именно совместно, через актуализацию наших духовно-культурных основ, мы сможем суверенно участвовать в межцивилизационном диалоге, в ходе которого и будет проектироваться наше будущее. Снова процитирую…
Журналист: (скривившись) Профессор из Госдепа?
Аналитик: (делает первый глоток чая) Он самый. Господин Петро. Sorry, цитата будет пространной, но она того стоит. Итак: «Для всех европейцев было бы неожиданным благодеянием, если бы в результате кризиса украинские элиты наконец-то осознали, какой решающий вклад в безопасность Европы они могут сделать, переформулировав украинскую идентичность, чтобы страна из пограничного региона (российская граница с Европой; европейская граница с Россией) превратилась в культурный центр Европы; тем самым они объединили бы её восточную и западную части. Благодаря этому Западная Европа получила бы возможность интегрировать православный мир в свои политические и культурные рамки…»
Журналист: Да, хорошая мысля приходит опосля… работы с Бушем-старшим! Где же ты раньше был, пан Петро?! Сегодня это кажется фантастикой.
Аналитик: Сегодня – это сегодня. Но кризис стремительно приближает завтра.
Журналист: (допивая остывший чай) Тогда и встретимся завтра. Мне нужно ряд антикризисных закупок сделать. Но на вопрос, кто эту бодягу задумал, ты мне так и не ответил.
Аналитик: Есть версии, есть версии…
В роли Аналитика: Александр Коврига
В роли Журналиста: Сергей Потимков
0 коммент.:
Отправить комментарий